Инородное дело

.

«Функция Конституционной ассамблеи может быть сведена к легализации подготовленных за ее пределами проектов», отмечает Николай Мельник

Мельник Микола Іванович
Николай МЕЛЬНИК связывает появление нового законопроекта
с органом, который подготовил предыдущий вариант изменений
в Основной Закон в части правосудия, – Администрацией Президента

Пролить свет на принятый 22 февраля с.г. Комиссией Конституционной ассамблеи по вопросам правосудия (Комиссией) законопроект «О внесении изменений в Конституцию Украины относительно усовершенствования судебной системы и принципов осуществления правосудия на Украине» мы попросили члена этого рабочего органа, научного консультанта Центра Разумкова Николая Мельника. К слову, он был единственным представителем Комиссии, который отказался поддерживать данную законодательную инициативу.

Николай Иванович, можно ли сказать, что этот документ «родился» вне стен Конституционной ассамблеи?

– Данный законопроект на заседаниях Комиссии ранее ни разу не был предметом обсуждения. Более того, никто из членов Комиссии даже не высказывал идею о подготовке такого документа, не обсуждались также и его основные положения. На последних заседаниях наша Комиссия занималась созданием конкретных законодательных предложений по внесению изменений в Конституцию Украины на основании тех концептуальных положений, которые были ею разработаны, а впоследствии утверждены и одобрены Конституционной ассамблеей в декабре 2012 года.

Если подготовку законопроекта, который рассматривался 22 февраля с.г., инициировал кто-то из членов Комиссии, то это было сделано за рамками нашей работы. Насколько я понимаю, появление данного документа следует связывать с органом, который подготовил предыдущий вариант изменений в Основной Закон в части правосудия, – Администрацией Президента.

– То есть принятый законопроект фактически является расширенной «версией» презентованного ранее Администрацией Президента проекта относительно усиления гарантий независимости судей?

– По сути – это иная версия законопроекта, который ранее направлялся Администрацией Президента на рассмотрение Конституционной ассамблеи. Напомню, нашей Комиссией он был признан неприемлемым. Относительного данного документа не было положительного решения и самой Конституционной ассамблеи.

Новый законопроект в одних вопросах практически ничем не отличается от прежнего, в других – эти отличия являются существенными. Некоторые положения выгодно отличаются от прежнего варианта проекта – они более качественны и более обоснованны. Взять, к примеру, нормы, регулирующие порядок формирования Высшего совета юстиции (ВСЮ). О том, что предложенный вариант формирования этого конституционного органа является наилучшим из всех тех, которые предлагались ранее, я говорил и на самом заседании Комиссии.

– О каком порядке формирования ВСЮ идет речь?

– В проекте предлагается предусмотреть, что в состав ВСЮ входят 15 членов, 9 из которых избираются съездом судей, 4 – Национальной академией правовых наук, 2 – съездом адвокатов. На мой взгляд, такой подход можно признать самым оптимальным в нынешних политико-правовых условиях.

Правда, я не знаю, сохранился ли такой порядок формирования ВСЮ в окончательном варианте законопроекта, так как перед началом заседания Комиссии нам раздали другой вариант проекта. В нем уже предусматривался иной порядок, определяющий избрание двух членов ВСЮ съездом представителей юридических высших учебных заведений и научных учреждений (за Национальной академией правовых наук уже оставалось избрание только двух членов). Как нам объяснили, именно на таких изменениях настаивал Сергей Кивалов, который, к слову; на заседании не присутствовал. Но это предложение, насколько я понял ход заседания Комиссии, не было поддержано. В частности, я был категорически против такого непонятного субъекта формирования ВСЮ, как съезд представителей юридических высших учебных заведений и научных учреждений.

Наряду с положительными новеллами проект сохранил абсолютно неприемлемые положения, полностью нивелирующие все его позитивы. В первую очередь это касается расширения полномочий Президента Украины по формированию судебного корпуса, который наделяется исключительным правом осуществлять функции по назначению, увольнению и переводу судей из одного суда в другой. Кроме того, к компетенции главы государства предложено отнести инициирование вопросов создания, ликвидации и реорганизации судов. На мой взгляд, это путь к недопустимой концентрации полномочий, усилению политического влияния на суды из одного центра. Это большая опасность для независимости судей. Такой подход ликвидирует существующий ныне баланс политического влияния на суды со стороны парламента и Президента.

Второй негативный момент – также концептуального характера. Речь идет о чрезмерном, на мой взгляд, расширении полномочий ВСЮ, который будет заниматься всеми кадровыми вопросами, в том числе и назначением судей на административные должности.

– А были ли в этом документе учтены пожелания самих членов Комиссии?

– Определенные замечания и предложения к тексту проекта на заседании Комиссии высказывались. Насколько они учтены – не знаю, поскольку голосование по ним не проводилось, а окончательного варианта этого проекта я не получал. Но, судя по всему, консультации относительно его положений проводились с членами Комиссии и до ее заседания. Скажу так: с точки зрения получения нужного решения, работа велась правильно и, как показало заседание Комиссии, оказалась достаточно результативной. Если такая работа будет проводиться и с Венецианской комиссией, то с большой долей вероятности можно прогнозировать ее положительное заключение по этому проекту.

– Анализ данного законопроекта свидетельствует о том, что члены Комиссии фактически отказались от идеи детализировать полномочия Верховного Суда Украины (ВСУ) на конституционном уровне. Так ли это? И от каких еще озвученных ранее идей пришлось в результате отказаться?

– Да, это так. И в данном случае я считаю такое решение правильным, поскольку в Конституции должны излагаться общие, концептуальные положения, все детализировать в ней нельзя. Такую точку зрения я отстаивал на всех предыдущих заседаниях Комиссии. К тому же даже самые лучшие и самые расширенные положения Основного Закона не являются гарантией их соблюдения и выполнения.

Но больше всего меня удивляет другое: как легко Комиссия кардинально изменила свою позицию, отказавшись даже от концептуальных положений конституционного реформирования правосудия, которые сама разработала, утвердила и которые одобрила по ее предложению Конституционная ассамблея. Достаточно сказать, что, проголосовав за указанный проект, Комиссия проигнорировала минимум четыре собственных (хотя уже не собственных, а одобренных Конституционной ассамблеей) концептуальных положения. В частности, это касается вопросов:

– инициирования создания, ликвидации и реорганизации судов (прежняя официальная позиция Комиссии заключалась в том, что это должен делать не Президент, а соответствующий орган судебной власти);

– устранения политических структур (а Президент является политическим субъектом) от процесса формирования судебного корпуса и решения вопросов ответственности судей;

– необходимости сохранения института испытательного строка для судей (назначения на должность впервые);

– назначения судей на административные должности в судах органами судейского самоуправления.

– Как вы оцениваете этот законопроект в целом и функцию Конституционной ассамблеи, которую она выполняет в процессе проведения конституционной реформы и внесения изменений в деятельность судебной системы в частности? Не будет ли данная функция сведена к банальному «освящению» привнесенных извне законодательных инициатив?

– В целом я оцениваю этот законопроект негативно. Поэтому на заседании Комиссии высказался против его принятия. На мой взгляд, в случае реализации этой законодательной инициативы судебная власть станет полностью политически зависимой, причем на конституционных (как ни парадоксально это звучит!) основаниях.

Вообще, реформа, тем более конституционная, в такой спешке не делается. Тем более что нынешние проблемы украинского судопроизводства наименьшим образом связаны с несовершенством Основного Закона. Согласен с теми, кто обращает внимание на то, что нивелирование конституционного статуса Верховного Суда было осуществлено без каких-либо изменений в Конституцию. Поэтому и возвращение ему конституционного статуса наивысшего судебного органа не требует изменений в Основной Закон.

Исходя из этого, могу предположить, что в основе инициирования данного законопроекта превалирует не право, а политика. Одной их основных претензий к Украине со стороны международного сообщества является ситуация с правосудием в нашей стране. Одно из основных требований Европы относительно дальнейшей европейской интеграции Украины – необходимость кардинального изменения такой ситуации. Не исключено, что этот проект закона европейскому сообществу как раз и презентуют в качестве второго этапа судебной реформы, проводимого уже на уровне Конституции. И, похоже, вы правы в том, что в таком случае функция Конституционной ассамблеи может быть сведена к легализации подготовленных за ее пределами проектов и их освящению.

Ольга Кириенко

«Юридическая практика». – 2013. – № 11 (794). – 12 марта.

Додати коментар

Забороняється мат або прихований мат, флуд, оффтоп та реклама у будь-якому вигляді.


Захисний код
Оновити